О вчерашнем митинге.

море народу, однако.

Вербицкий очень внятно описал происходившее:

мы с детьми были
пришли где-то в 15:50, после неприятного

ожидания в давке перед рамками (полчаса где-то) 
дошли до сцены, нашли там 
коллег из Вышки, послушали с ними Рабфак, было,
кстати, не меньше 2-3 тысяч слушателей, потому
что подойти к сцене я не смог, и разглядеть
Рабфак тоже не смог, потом ебанутый вологодский
депутат призвал публику присоединиться к сидячей забастовке
около Ударника, и все пошли к Ударнику, ну и мы тоже,
пытались заряжать «Путин ест детей» и «Милиция с народом,
не служи уродам», стояли метров за 10-20 от космонавтов,
перед нами как раз жгли файера (но мы не видели) и пытались
прорваться, потом космонавты начали бронированной цепочкой
выдавливать публику, но тут протестующие неожиданно прорвали 
кордон, активных начали выхватывать по одному и пиздить, 
зрелище было конкретно стремное и мы быстренько съебались 
на октябрьскую, часов наверное в 18:15-18:30, никто не мешал

в принципе, махач с космонавтами в мои планы не входил, так
что съебались, считаю, как раз вовремя

итог:

Что до сегодняшнего митинга, так мероприятие
прошло весьма успешно. Пришло дофига народу,
тысяч сто, сплошной позитив и братание. Хипстеры 
пели Интернационал и аплодировали сумасшедшей
бабке, которая декламировала стихи про Горбачева.

Путину крендец. Причем валят его, действительно, боевые хипстеры.

Народ в России вымирает, провинция пустеет, все валят в Москву и Питер, где уже не продохнуть.

А Москве и Питеру лилипутин не нравится. Он европы не построит. Он азиатский царек и этого не скрывает.

Нам нужна социалистическая Европа: чтоб образование, медицина, дороги, экология и всесторонняя поддержка науки и искусств, а не быдло капитализм приблатненных торговцев нефтью.

зы
вот и Кашин митинг поддержал:
знаю точно — что если бы это был митинг, как в марте на Пушкинской или на Новом Арбате, мне было бы за него стыдно, хоть я к нему и не имел никакого отношения. Но Удальцов, Навальный и прочие сели на асфальт, и, благодаря этому, мне теперь стыдно за то, что меня не было рядом с ними.