31.03.2011

Главное – помнить о космосе и коммунизме


Прошлым летом в Берлине прошла конференция "Идея коммунизма. Философия и искусство". Театр Berlin's Volksbühne, расположенный в самом центре города на площади Розы Люксембург, украсили огромной надписью "коммунизм", которая каждую ночь загоралась кроваво-красными буквами.



Конференция пользовалась успехом. В самый разгар прекрасного берлинского лета и чемпионата мира по футболу народ толкался, скупая трехдневные входные билеты по 57 евро.



Счастливым обладателям билетов выдавали бейджи разных цветов:синие - журналистам и студентам (как самым бедным) - на балкон, красные - тем, кто заплатил полную стоимость, - в партер и желтые - организаторам, выступающим и другим приближенным.



Желтых VIP участников еще и кормили, а также рассаживали на лучшие места. Короче, никакого коммунизма и бесклассового общества не наблюдалось. Деньги на проведение конференции выдал Фонд им. Розы Люксембург и, говорят, одним из условий получения гранта стал платный вход для посетителей.



На конференцию приехали все три супер-звезды современной левой мысли: Ален Бадью, Тони Негри и Славой Жижек. Ходили слухи, что они подыскивают себе молодую смену, альтернативную уже существующей в Лондоне тусовке, собирая молодых ученых по всему миру.Зал был забит студентами, художниками, антифа, интернациональными обитателями берлинских арт-фондов и академических программ. Люди сидели в проходах и на полу.



От России в конференцию пригласили участвовать группу "Что делать?" в составе: Артемий Магун, Оксана Тимофеева, Алексей Пензин, Наталья Першина-Якиманская (ака Глюкля) и Дмитрий Виленский. Художники "Что делать?" демонстрировали свою видеопрограмму, включая последний фильм "Башня Зонгшпиль". Артемий Магун представлял теоретический отдел группы. Русских на конференции приняли очень тепло.





Зачем?





Главное, ради чего эта конференция была организована - возобновление общественного диалога вокруг самого слова "коммунизм". После падения Берлинской стены любые академические и общественные дебаты о коммунизме в Германии требовали тщательной маскировки. Необходимо было запаковать слово "коммунизм" в плотную обертку хитрой терминологии, иначе просто не было шансов получить разрешение на проведение мероприятия в приличном месте.



В Германии, в отличие от постсоветского пространства, произошла серьезная смена элит. Открыто разговаривать о будущем, используя табуированное слово "коммунизм" на долгие годы стало невозможно.



Анонс конференции поместили в каждой немецкой газете. И хотя большинство статей было открыто враждебными, местных левых порадовало уже само многократное упоминание слова "коммунизм". Славой Жижек так отреагировал на газетную критику: "Нас одновременно обвинили и в бессилии, и в агрессивности. Возможно ли такое?"



Соотношение сил





Жижек - возможно самый популярный современный автор, пишущий об общественных науках. На него шли как на супер-звезду, и он не обманул ожиданий зрителей. Славой устроил из конференции настоящее шоу. Он задавал 15 минутные вопросы участникам, рассказывал анекдоты и довольно театрально поругался с Негри.



Главным фаворитом аудитории и абсолютным лидером был Бадью. Его цитировали выступающие, о нем уважительно отзывались в кулуарах, да и выглядел он благородным седым мудрецом.



Самый низкий рейтинг, судя по моим опросам, достался моему любимому Негри; о его текстах отзывались как о чем-то само собой разумеющемся и потому неинтересном. Жижек и Бадью устроили на Негри объединенное наступление, а сам он, не зная английского, выглядел старым и неактуальным. Он что-то быстро и страстно говорил по-итальянски, поэтому всецело зависел от талантов синхронных переводчиков.



В отличие от Жижека, Негри и Бадью, почти все тексты молодежи были излишне наукообразны и полны занудными пересказами того же Бадью. Кроме того, большинство выступлений приходилось слушать или в синхронном переводе или на английском с непривычным национальным акцентом. Единого мнения о методах действий, да и хоть сколько-нибудь общего понимания слова "коммунизм" участники не продемонстрировали. Речь шла только о восстановлении легитимности дебатов.



Основной пафос комментариев и вопросов Жижека сводился к названию российской группы "Что делать?", он больше походил на футбольного тренера, подбадривающего команду: "Прорвемся ребята, не робей. Давайте думать, как провести атаку слева и обороняться справа. Сосредоточились. Ищем подходы".



Потому что, как постоянно повторялось на конференции, капиталу, чтобы функционировать, не нужна философия, а коммунизм может существовать, лишь находясь в процессе постоянного переосмысления.



Один из важнейших вопросов, поставленных на конференции, состоял в том, как организовать диалог, кто и на каких условиях будет в нем участвовать. Сегодняшние тенденции для расширения аудитории - самые благоприятные: выходит все больше и больше книг, которые порождают целый шквал откликов и подражаний. По словам Алексея Пензина, современные молодые люди считают, что Жижек гораздо круче, чем Фукуяма. Сейчас такие лозунги "Другой мир возможен", "Капитализм и есть кризис" из маргинальных превращаются в мемы, захватывающие мейнстрим.



Лучше всех об этом, на мой взгляд, сказал мудрый блогер herr_und_knecht: "Кому бы ни принадлежала известная сентенция про "кто не был коммунистом в молодости...", в нашей ситуации она должна звучать противоположным образом: кто не был анти-коммунистом в 1989 - у того нет сердца, кто им остался в 2010 - у того нет ума".



Об искусствах и науках





После утренних дискуссионных панелей посетителей ожидали культурные мероприятия. Показывали фильмы, спектакли, балеты, концерты.



Были интересные, затейливые работы, милые и умные люди. Но в целом роль художников в важном деле переосмысления нашего будущего осталась для меня загадкой. Особенно загрустила я, посетив семинар, посвященный современному театральному движению.



С одной стороны, все искусство на Западе как ни крути левое. Правый англо-американский китч в виде черепов с брильянтами или джефов кунсов, или, что еще хуже, какой-нибудь постмодернистской живописи, наполненной знойными пересекающимися вглубь и вширь референциями, давно уже считается отстоем и интересует только приунывших арт-инвесторов, мечтающих отбить вложенные деньги.





С другой стороны, люди творческих профессий, встроившись в экономику услуг, образовали социально-экономическую общность, важную для функционирования капиталистического механизма. Художники - активные участники нематериальной экономики. Нас, художников, - много. Мы небедные, образованные, живем на проценты с быстро оборачивающегося мирового капитала.



На семинаре художники, театральные деятели и искусствоведы говорили "за все хорошее, против всего плохого", о пользе коллективной работы, о духе творчества. Но все как-то туманно. Как же обустроить работу в коллективе или сотрудничество с профессионалами, если артистический быт требует получения грантов, академических степеней и, в конце концов, традиционной борьбы за выживание с себе подобными.



Да и для того, чтобы помечтать о коммунизме, нужно для начала стать счастливым обладателем 57 евро на билет.



впервые опубликовано на рабкор.ру


6:48   МЕТКИ:, ,